Бреус А.П., Усманов Р.Т.

Максим Максимович Ковалевский - виднейший ученый и государственный деятель


Введение

В год 90-летия Санкт-Петербургского Политехнического Института нельзя не вспомнить о выдающемся лекторе - Максиме Максимовиче Ковалевском. К этому человеку по праву применимы эпитеты : блестящий, выдающийся. Широк круг его интересов : история, право, социология, политология. Сейчас, когда в нашей стране возрождается цивилизованная политическая и общественная жизнь, особую ценность приобретают уроки деятельности Максима Максимовича, его работа в 1-й Государственной Думе и Государственном Совете.

Биография М.М. Ковалевского

Максим Максимович Ковалевский родился 27 августа 1851 года (по старому стилю) в состоятельной дворянской семье.

Род Доленго-Ковалевских, к которому принадлежал Максим Максимович, перешел из Польши в Россию в 1650 году и осел в Харьковской губернии. отец Ковалевского, тоже Максим Максимович, был полковником Кирасирского полка и участвовал в Отечественной войне 1812 года и в войнах 1814 - 1815 годов.

После выхода в отставку Максим Максимович старший поселился у себя в имении в Харьковском уезде и стал заниматься хозяйством. Он 25 лет предводительствовал у себя в уезде, возложив воспитание сына на свою жену, Екатерину Игнатьевну, которая была на 25 лет моложе его. Это была умная и необыкновенно сердечная женщина, получившая хорошее эстетическое воспитание. Она всецело посвятила себя заботам о сыне и была его первым учителем чтения и письма. Со своей стороны Максим Максимович отвечал матери нежной привязанностью и сердечной преданностью, он сохранил к ней любовь неизменной в течение всей своей жизни. Педагогический талант Екатерины Игнатьевны рано развил в нем вкус к истории и этнографии. Немецкому и французскому языкам его обучали гувернантки. Был также приглашен гувернер, швейцарец, с которым он прошел на французском языке курс древней и средней истории, мифологии и истории французской литературы.

Вскоре после смерти отца, Екатерина Игнатьевна собралась отдать Максима Максимовича в гимназию, но он оказался совершенно неподготовленным, так как не знал латинского языка, славянской грамматики и некоторых отделов Закона Божьего. Имевшихся знаний едва хватало для поступления в З-й класс. Возможность оказаться среди малышей задела самолюбие четырнадцатилетнего мальчика, и, после упорного труда в течение зимы, он в 1865 году блестяще выдержал экзамен в 5-й класс З-й Харьковской гимназии. Ковалевскому была присуща способность глубоко и основательно изучать всякий предмет, он явно находил удовольствие в самом процессе изучения, в преодолении встречающихся при этом трудностей. Гимназический курс Максим Максимович закончил блестяще и получил золотую медаль.

По окончании гимназии в августе 1868 года Ковалевский поступил в Харьковский Университет. При этом ему даже пришлось "схитрить", так как он не достиг еще 17 лет. Интересовавшийся преимущественно историко-филологическими науками, он выбрал, однако, юридический факультет, так как читал там ученый и замечательный лектор Дмитрий Иванович Каченовский, оказавший на него (Ковалевского) значительное влияние. Максим Максимович в своей статье "Мое научное и литературное скитальничество" упоминает также и о профессоре гражданского права Цитовиче, оказавшем на него большое влияние в области положительной философии.

Лекции профессора Д.И. Каченовского по международному праву и истории государственных учреждений определили научные интересы Ковалевского и направили его мысль на путь преподавательской деятельности. Под руководством Д.И. Каченовского он начал изучение истории английских местных учреждений и продолжал его в Париже, Берлине и Лондоне.

Oбе его диссертации - и магистерская, и докторская - были разработаны на базе материалов из истории английского общественного строя в средние века и истории местных учреждений в английских графствах.

В 1871 году Максим Максимович окончил университет со степенью кандидата прав и был оставлен по инициативе Д.И. Каченовского при университете на кафедре государственного права европейских держав после представления работы "О конституционных опытах Австрии и чешской национальной оппозиции" (много лет спустя эта работа с измененным названием была напечатана в "Вестнике Европы").

Д.И. Каченоеский вскоре умер, поэтому Максим Максимович предпочел готовиться к магистерскому экзамену за границей. Зимний семестр 1872 - 1873 годов он провел в Берлинском Университете, слушая лекции знатока английских учреждений Р. Гнейста. Затем в Париже он слушал на юридическом факультете лекции Шарля Жиро и учился технике работы по исследованию старинных памятников. В Лондоне в библиотеке Британского музея Максим Максимович работал над неизданными протоколами вотчинных судов XII и XIV столетий.

В Лондоне он познакомился с К. Марксом, Ф. Энгельсом, Дж. Люисом, Г. Спенсером, философом В. Соловьевым. Эти знакомства давали ему возможность видеться на неофициальной почве со многими учеными, политическими деятелями и, журналистами, указания и советы которых были для него весьма ценны.

По окончании заграничной поездки Максим Максимович возвратился в Россию, выдержал при Московском Университете магистерский экзамен и затем защитил диссертацию.

С 1877 года по 1887 год Максим Максимович .читал лекции в Московском Университете по конституционному праву, истории древнего уголовного права, истории сословий на Западе и в России, сравнительной истории семьи и собственности.

В Москве Ковалевский сошелся с В.Ф. Миллером. Вместе с ним Максим Максимович основал журнал "Критическое обозрение", имевший задачей путем объективной научной критики освещать новейшие явления русской и заграничной эрудиции. Одним из сотрудников этого издания был знаменитый историк В.0.Ключевский, который уже тогда выдвинулся и пользовался большой популярностью в среде молодых университетских профессоров. Журнал этот, по словам его редактора, "имел все успехи, кроме денежного". Когда дефицит достиг 7000 рублей, журнал пришлось закрыть. Очевидно объективность тогда не пользовалась популярностью.

Из крупных писателей Максиму Максимовичу довелось принимать у себя И.С. Тургенева и Л.Н. Толстого. Отношения со Львом Николаевичем сосредоточились главным образом на московском периоде жизни Ковалевского. С Тургеневым же его связывали близкие, почти дружеские отношения и за границей. Знаком был Максим Максимович и с П.Д. Боборыкиным, Н.И. Михайловским, С.А. Юрьевым и др. однако, ближайшими его друзьями были профессора и ученые А.И. Чупров, И.И. Янжул, И.И. Иванюков и Ю.С. Гамбаров.

В министерстве Народного Просвещения к Ковалевскому относились подозрительно; предмет, касавшийся западноевропейских конституций, по тем временам казался очень страшным. Свободное слово и критическое отношение к тогдашней правительственной политике делали максима Максимовича в глазах Делянова - министра просвещения - "опасным человеком". Министерство решило очистить Университет от "вредных людей", и Ковалевскому в числе первых было предложено оставить Университет. Он не согласился подать прошение, тогда в Министерство были представлены искусственно и тенденциозно подобранные выборки из его лекций, записанные в таком виде присланными для этого агентами, после чего он и был уволен по З-му пункту.

Устранение Максима Максимовича, сделанное в такой грубой и бесцеремонной форме, поразило всю Москву и вызвало волнения среди студентов. Ковалевский был очень возмущен таким актом насилия и заявил, что он уезжает за границу и не вернется жить в Россию, покуда в ней не будет введен конституционный строй, осуществлению которого он решил содействовать всеми силами.

Семнадцать долгих лет провел Максим Максимович вне родины. Он не был в настоящем смысле изгнанником или эмигрантом. Он свободно мог въезжать и выезжать из России, но фактически, не имел возможности читать свой любимый предмет в каком-либо из учебных заведений России. Максим Максимович обладал способностями, которые помогли ему быстро приспособиться к условиям западной жизни. Он прекрасно знал, свободно говорил и писал на четырех европейских языках : английском, немецком, французском и итальянском. У него есть сочинения как на этих языках, так и на испанском и шведском. Ковалевский был также в совершенстве знаком с латинским языком как классического периода, так и со средневековой латынью. Прекрасно знал он старо-нормандский язык, который был необходим ему в изучении древнеанглийских памятников. Знание языков дало ему возможность читать лекции во Франции, Англии, США, Италии и Швеции. Через шесть месяцев после увольнения Максима Максимовича пригласили по инициативе С.В. Ковалевской прочесть в Стокгольме ряд лекций, посвященных происхождению семьи и собственности. Пребывание в Стокгольме закрепило и углубило его отношения с Софьей Васильевной, в начале только дружеские, а позднее чуть не приведшие к браку.

Из Стокгольма Максим Максимович был приглашен Оксфордским Университетом и прочел там курс лекций по истории русского права. Наконец в 1889 году он окончательно поселился во Франции, приобрел себе виллу на берегу Средиземного моря в Белье, и там работал над своими главнейшими произведениями "Происхождение современной демократии", "Экономическая история Европы", "От прямого народоправства к народному представительству".

Максим Максимович вступил в число членов Международного Института Социологии, стал его вице-председателем в 1895 году и председателем в 1907 году. Он являлся одним из активных членов Общества Социологии в Париже, постоянным сотрудником журнала "Revue internationale de sociologie" и оказал материальную поддержку этому изданию. Результатом его интереса к вопросам социологии, в тесном смысле этого слова, явились сочинения : "Современные социологи" и двухтомник "Социология".

Недалеко от Ниццы, куда Максим Максимович ездил часто как по делам, так и для свиданий с приезжими друзьями и соотечественниками, он в 1898 году встретился с А.П. Чеховым.

Научные работы и чтение лекций на иностранных языках и в иностранных университетах не могли, однако, удовлетворить Ковалевского : его тянуло читать лекции на русском и для русских. Вот почему он с радостью взялся за организацию Русской высшей школы Общественных Наук в Париже. Целями школы были : "Сглаживание острых противоречий между взглядами, сближение политических групп, способных действовать на общей основе и вместо этого чуждых друг другу более из-за непонимания, чем из-за разницы убеждений, которые не удается примирить". Открытие школы состоялось. 1 ноября 1901 года. "Генеральным секретарем" ее стал русский общественный деятель ю.С.гам6аров. Лекторами были М.М. Ковалевский, Е.В. де Роберти, И.И. Мечников, с которым Ковалевский был в дальнем родстве, С.А. Муромцев, Н.Н. Канареев и многие другие. В 1903 году прочел лекцию по аграрному вопросу и В.И. Ленин. Там же Максим Максимович познакомился с И.3. Лорис-Меликовым - врачом, племянником знаменитого министра.

С 1904 года в России обнаруживается сильный общественный подъем, предвестник крупных реформ и усиливается вера в светлое будущее России. максим Максимович возвращается на родину и сразу же активно включается в политическую жизнь, участвует в различных кружках, в работе земских съездов, организует партию демократических реформ конституционно- монархического толка, читает лекции, в которых выясняет роль и значение народного представительства. Его конституционные взгляды не удовлетворяли некоторые более левые круги, но он имел мужество отстаивать свои убеждения, несмотря на резкие нападки с различных сторон.

Днем торжества для него стало 17 октября 1905 года, когда он был избран в Первую Государственную Думу. Для Максима Максимовича наступил новый период жизни. Ему довелось целые 10 лет быть в самом центре государственных законодательных и политических дел, сперва в качестве члена Государственной Думы, затем - Государственного Совета. Но прежние симпатии к профессуре влекли его к преподаванию в высших учебных заведениях. Он читает лекции в Петроградском Университете, на Высших Женских Курсах, в Политехническом институте и в Психо-Неврологическом институте.

Научные вопросы также занимали Максима Максимовича : он продолжает работать и создает ряд научных трудов.

Французский Институт выбирает его своим членом-корреспондентом, а Русская Академия Наук -ординарным академиком.

Общественная жизнь дает ему большую и разнообразную работу. Издание газеты "Страна", журнала "Вестник Европы" и председательствование в различных обществах и кружках поглощают у него массу времени и внимания. Так, например, он был председателем Русского Отделения Международного Общества Мира, а в Лондоне представлял Государственную Думу на Межпарламентской Конференции Мира.

Ковалевский являлся принципиальным противником войны и сторонником разрешения различных международных конфликтов мирными способами. По приглашению английского правительства он был членом Верховного Трибунала для разрешения споров между США и Канадой

Говоря о Максиме Максимовиче нельзя не упомянуть о его масонской деятельности. В 1885 году, во время пребывания за границей, Ковалевский был принят в ложу "Верные друзья" шотландского обряда. 11 января 1906 года в Париже Максим Максимович обратился к Председателю Совета закона "Великого востока Франции" с просьбой разрешить создание на востоке Москвы и Санкт-Петербурга регулярных лож. 15 ноября в Москве собрались члены- учредители масонской ложи, желавшей быть подчиненной "Великому Востоку Франции". Ложа должна была работать по французскому ритуалу. Документы были подписаны Ковалевским, Баженовым, Котляревским, Маклаковым, Немировичем-Данченко (братом известного режиссера Художественного Театра), Гамбаровым, Лорис-Меликовым, Аничковым. Таким образом Ковалевский стал одним из основателей русского масонства. Но в 1911 году Максим Максимович был подвергнут радиации, то есть исключен из масонства, так как не мог разделить влияние с Орловым-Давыдовым - председателем ложи "Полярная звезда" (каждое заседание заканчивалось крикливой перебранкой).

Свободного времени у Максима Максимовича не оставалось вовсе. Только благодаря своей обширной памяти, после дня занятого заседаниями, он мог прочесть 1,5 - 2-х часовую лекцию, в которой приходилось приводить многочисленные данные и имена, и готовиться к которой он не имел возможности. Одолеть такую работу он мог только потому, что труд был его потребностью. Но в последние годы жизни Ковалевский начал ощущать переутомление. Для поддержания своего здоровья он ежегодно выезжал на воды в Карлсбад. Но и 1914 году пребывание там для него оказалось роковым - с началом войны он был задержан в Карлсбаде в качестве заложника.

Каких только мер не принималось для его освобождения 1 Помимо обычных дипломатических сношений, за него хлопотали законодательные учреждения, и чуть не пришлось привлечь к этому делу испанского короля, президента США Вильсона и даже побеспокоить Папу Римского. Но австрийцы упорно его не выпускали. Только через 7 месяцев удалось его освободить, в феврале 1915 года он получил свободу и через Румынию вернулся в Россию. Но длительный и тяжелый плен подорвал его силы.

Напряженная, кипучая деятельность Максима Максимовича вместе с тяжелыми переживаниями, испытанными им в плену, надломили его богатырский организм и приблизили роковую развязку. 23 марта 1916 года Максим Максимович Ковалевский умер, а 26 марта похоронен в Александро-Невской Лавре.

Законодательная деятельность М.М.Ковалевского

Ковалевский в Первой Государственной Думе

17 октября 1905 года Ковалевский был избран в Первую Государственную Думу. Почти по каждому возникавшему на заседаниях вопросу он выходил на кафедру и в ярких красках давал справки из истории парламентаризма и из действующего законодательства Англии, Америки и Франции. Например, он очень ярко и образно представил депутатам, в чем заключается отличие политической ответственности от ответственности уголовной* и как вторая никогда не может заменить отсутствие первой.

Созданная в условиях революции. Первая Государственная Дума была целиком захвачена делами внутренней политики, и дела политики внешней не привлекали ее внимание. Ковалевский же энергично стремился показать и доказать Думе, что отрицать вопросы и дела внешней политики, сохраняя свое достоинство она не должна. Однако, предложение Максима Максимовича о том, что Дума должна выразить свое отношение к внешней политике России, не встретило поддержки и было отвергнуто. Но Ковалевский не отказывался легко от своих идей, он был весьма настойчив в проведении своих мнений и взглядов. И в Первой Государственной Думе он не пропускал случая, чтобы так или иначе указать народным представителям на необходимость всегда помнить, что страна живет не только одной внутренней жизнью, но и международной.

Максим Максимович стал инициатором поручения комиссии по составлению наказов выработать форму выражения сочувствия Думы институту третейского разбирательства в международных делах. Он первым откликнулся на телеграмму из Лондона, в которой 326 членов старейшего в мире парламента приветствовали членов Думы и приглашали на межпарламентскую конференцию. В Думе не было сомнений, что Ковалевский должен присутствовать на этой конференции.

Максим Максимович выступал и по самым жгучим вопросам, обсуждавшимся в Первой Думе - о смертной казни и об амнистии. По вопросу о неприкосновенности личности он работал в комиссии. Разработка наказа по этому вопросу производилась под его председательством. Знамениты его выступления по вопросу о свободе собраний и по вопросу о положении печати.

Землевладельцы Харьковской губернии во Вторую Государственную Думу Ковалевского не пропустили, и с 1907 года он занял кресло Верхней палаты в Государственном Совете по представительству от Академии Наук и университетов.

Ковалевский в Государственном Совете

Деятельность Максима Максимовича в Верхней палате Государственного совета в общих ее собраниях и в различных комиссиях также как и в Думе была очень активна. Ей он посвящал много своего времени. Значительная часть его работы проходила в комиссии законодательных предложений, куда он постоянно избирался в начале каждой сессии. Ковалевский подходил к законодательной деятельности с научной точки зрения. Так он неоднократно разъяснял права законодательных учреждений и условия их деятельности. Максим Максимович советовал лечить больные общественные порядки не наскоро, не в смутные времена, а в эпохи относительного затишья, предусмотрительно и основательно. Смущала его также и медлительность законодательства.

Ряд речей был посвящен им вопросу об аграрной политике и законодательстве, поставленному ребром в проекте закона о землеустройстве. Ковалевский не стоял, безусловно, сохранение сельской общины, напротив, он высказывался за свободный выход из нее. Примечательно, что его отношение к Столыпину, продолжателю, двигателю этих реформ, было резко критическим.

В речах об отношениях между церковью и государством, о свободе совести, о сокращении праздничных и неприсутственных дней, Ковалевский являлся всегда выразителем широких общечеловеческих взглядов. Он подкреплял их не только красноречивыми примерами из истории законодательства западных православных государств, но и ссылками на учения таких церквоучителей, как Лактанций и Тертуллиан, и на взгляды людей высоко чтивших задачи и заветы православной церкви, таких как Ю. Самарин и И. Аксаков, а также очень интересными личными наблюдениями над горцами Кавказа (эти наблюдения Максим Максимович проводил вместо летнего отдыха в 1877 - 1887 годах).

По поводу сокращения праздничных дней, столь необходимого для повышения производительности труда, ему пришлось защищать права закона. Составители проекта сокращения предлагали предоставить право ведомству народного просвещения устанавливать для учебных заведений особые праздничные дни сверх предусмотренных законом. Максим Максимович же говорил, что закон, пишется для всех и поэтому часть законодательных функций не должна предоставляться директорам гимназий, ректорам университетов и так далее, а должна оставаться за законодательными учреждениями.

В речах Максима Максимовича нашли оценку и задачи уголовной юстиции : об условном осуждении, условном освобождении, об отмене административной гарантии по должностным преступлениям и о суде присяжных. Настаивая на отмене административной гарантии для должностных лиц, нередко ведущей к их полной безнаказанности, он выступил с горячей защитой суда присяжных, основываясь на вековом опыте Англии и блестяще аргументируя постановлениями совещаний старших председателей и прокуроров судебных палат, признавших еще в 1861 году, что это суд жизненный, имеющий облагораживающее влияние на народную нравственность, служащий проводником народного правосознания, честно и стойко выдержавший тот опыт, которому его подверг законодатель.

Когда обсуждался прошедший через Государственную Думу проект об установлении общеимперского законодательства для Финляндии, Ковалевский заявил, что не следует под предлогом объединения налагать руку на бытовой уклад и сложившийся уклад правовой жизни этой страны, но необходимо обеспечить, чтобы и российские подданные в Финляндии пользовались одинаковыми правами, что и местные жители.

Коллеги Максима Максимовича по Государственному Совету высоко оценивали его деятельность. Так, например, почетный академик А.Ф. Кони писал, что смерть Максима Максимовича нанесла жестокий удар законодательным трудам этого учреждения.

Ковалевский в Петроградском политехническом институте

С 1905 года и до конца своих дней Ковалевский преподавал в Петроградском Политехническом Институте. На первом курсе экономического отделениям самого многочисленного в то время, он читал энциклопедию права, а на втором и третьем - историю политических учреждений новейшего времени, государственное и гражданское право.

Максим Максимович пользовался особой популярностью среди студентов. Так, по воспоминаниям одного из его слушателей, Ф. Раскольникова, "он читал интересно и с большим блеском, поражая нас огромной и многогранной эрудицией, оживляя лекции каламбурами, анекдотами и остроумными шутками. Самую отвлеченную теоретическую проблему он умел связать с политической злобой дня". Другой его студент С.Г. Струмилин, вспоминает о том, как оригинально Максим Максимович принимал зачеты и экзамены : "Он запускал студентов в аудиторию большими группами и за несколько минут выяснял уровень знаний по данному курсу : задав вопрос одному студенту, в случае его затруднения с ответом сразу же "перекидывал" этот вопрос другому человеку." Оценки все получали одинаковые, по большей части тройки, сетует Струмилин.

Ниже приводится перечень лекций, прочитанных М.М. Ковалевским в различные годы в Петроградском Политехническом Институте и изданных отдельными монографиями.

1907 - 1908Общее конституционное право
1908 - 1909Конституционное право (изд. студенческой кассой взаимопомощи)
Общее учение о государстве
1909 - 1910История политических учений нового времени (изд. студенческой кассой взаимопомощи)
1911 - 1912История монархии и монархических доктрин 1912 - 1913 демократия и ее политическая доктрина

Эти издания, а также еще более 30 работ М.М. Ковалевского хранятся в Фундаментальной библиотеке нашего университета.

Научная деятельность М.М. Ковалевского

Научные интересы Ковалевского были широки и разносторонни. Они были навеяны основными проблемами современной ему русской действительности но преломлялись, главным образом, сквозь призму зарубежного исторического опыта. Часть этих работ ("История полицейской администрации и полицейского суда в английских графствах с древнейших времен до смерти Эдуарда III", "Общественный строй Англии в конце средних веков* и др.) была посвящена политическому и социальному развитию средневековой Англии, к изучению которого Ковалевский приступил первым в ряду видных русских историков - П.Г. Виноградова, Д.М. Петрушевского, А.Н. Савина. Уже в первой из этих работ Максим Максимович ставил своей задачей проследить влияние экономического прогресса и обусловливаемого им развития сословий и классов на организацию общественных и государственных учреждений. Во второй он исходил из того, что земельная собственность является "одним из материальных фундаментов всякого господства, общественного и политического". Рассматривая развернувшееся в относительно широких, по его заключению, масштабах уже к концу XV века обезземеление крестьянства в Англии и начавшееся здесь развитие пролетариата, Ковалевский называл эти процессы "последними звеньями" в цепи таких явлений, как эмансипация крестьян без земли, уничтожение общинных угодий, развитие системы крупных аренд, "драконово законодательство" против бродяг и возведение тюрем для нищих. В ряду причин массового разорения и обнищания крестьянства еще задолго до английской революции XVII века Ковалевский придавал особое значение неизбежному, но, по его убеждению, искусственно форсировавшемуся господствующими классами разложению общинного землевладения в Англии. Значительное внимание уделял Максим Максимович социальному протесту крестьянства и городских низов, нашедшему в конце XIV века наиболее яркое выражение в восстании Уота Тайлера.

Особняком стояли в этот период "Опыты по истории юрисдикции налогов во Франции с XIV века до смерти Людовика XIV". Эта работа Ковалевского осталась незаконченной отчасти под влиянием отрицательного отзыва о ней К. Маркса.

Проблема общины разрабатывалась Ковалевским в "Очерке истории распадения общинного землевладения в кантоне Ваадт", в книге "Общинное землевладение, причины, ход и последствия его разложения", которая была построена на основе сравнительно-исторического изучения материала не только западноевропейских и славянских государств, но и Индии, Алжира, Кавказа, Мексики, Перу, а также в ряде других трудов.

Высокую оценку современников получили его исследования о родовых отношениях и формах их распада : "Современный обычай и древний за- кон. Обычное право осетин в историко- сравнительном освещении", "Закон и обычай на Кавказе", "Родовой быт в настоящем, недавнем и отдаленном прошлом" и др. Эти труды основывались прежде всего на собранном самим Ковалевским этнографическом материале осетин и других народов Кавказа.

С конца 80-х и особенно 90-х годов Максим Максимович приступил вплотную к изучению поворотных моментов в развитии Англии и Франции - предыстории и истории их революций XVII и XVIII веков. Основным результатом этого изучения был труд "Происхождение современной демократии". Это самая крупная в русской дооктябрьской историографии попытка обобщающего освещения социальных и политических предпосылок французской буржуазной революции XVII века. Формально Ковалевский выступал здесь и в изданном позже труде "От прямого народоправства к представительному и от патриархальной монархии к парламентаризму", куда вошли и его статьи 80-90-х годов по английской революции, как историк политической мысли и государственного права. Но по существу он вышел далеко за рамки своей непосредственной темы и специальности в традиционном их понимании. Ковалевский пытался связать развитие политических учений с борьбой за тот или иной не только государственный, но и общественный строй и стремился рассматривать эту борьбу не только в политическом, но и в социальном разрезе. И это составляло сильную сторону его работ по истории политической мысли.

Большой вклад внес Максим Максимович в историографию французской революции. Разрабатывая этот вопрос Ковалевский конкретизировал нарисованную в общем еще Н.И. Кареевым картину обезземеления значительной части крестьянства и начавшегося и здесь классового его расслоения на деревенскую буржуазию и пролетариат. Находясь на позиции признания феодального характера поземельных отношений в дореволюционной Франции, Ковалевский приходил в 1912 году (в книге "происхождение мелкой крестьянской собственности во Франции") к выводу, что революцию вызвал экономический и социальный кризис, имевший своим первоисточником конфликт между зарождающимся капиталистическим строем и старыми феодальными порядками.

Сюжетом труда "Экономический рост Европы до возникновения капиталистического хозяйства" был западноевропейский феодализм от падения Римской империи до конца XIV века, а в немецком издании - даже до XVIII века. Здесь Максим Максимович раскрывал ряд существенных сторон и характерных особенностей социально-экономического развития западноевропейского феодального общества.

Ковалевский стремился изучать историю в социологическом разрезе, видел в социологии общую теорию социального развития и посвятил ей ряд специальных работ - "Современные социологи", "Социология" и др. В социологических построениях позитивизма Ковалевского привлекали эволюционная точка зрения на развитие человечества, идея медленного усовершенствования общественных учреждений, которая сознательно противопоставлялась им марксизму, марксистской "идее классовой борьбы, долженствующей окончиться торжеством пролетариата". Выступая против субъективного метода в социологии, против модного с конца XIX века противопоставления общественных наук естественным, против отказа от принципа закономерности. Максим Максимович называл основным экономическим законом закон прогресса, который заключается в росте солидарности. Ковалевский уделял в своих исторических работах большое внимание классовой борьбе, но относился к ней отрицательно, считал ее признаком незрелости того или иного общественного строя, доказывая это на исторических примерах Англии, Франции и других стран, отсюда и вытекала его политическая доктрина конституционной монархии.

Вся жизнь Максима Максимовича свидетельствует о большом уме этого человека и необычайных качествах его души. Поэтому Максим Максимович навсегда останется примером достойнейшего ученого и общественного деятеля.


Главная страница Предыдущая страница
webmaster@unilib.neva.ru